"В отсутствии информации, требующейся для ведения  нашей  ин-
     терпретации электронных сообщений, значение, которое мы при-
     даем им, находится во многих случаях утверждением того,  как
     мы чувствуем сами себя."

Bateson-овская структура "сообщение - мета  сообщение"  [Bateson,
1972] предлагает большую  необходимую  перспективу  семантической
арены  компьютерной  конференцсвязи.  Просто  установленная,  его
структура основывается на его восприятии, что информация в  любой
форме существует в двух уровнях: что сказано (или отображено),  и
что предполагается. Знак "Стоп" означает "останов" в  большинстве
случаев. Если я покупаю его при продаже гаража и помещаю  на  мою
стенку, он теряет свое значение. Если он  находится  в  некоторых
областях, где я рос, он означает "снизить скорость  для  наблюде-
ния полицией" среди многих  пригородов.  Мета-сообщение  содержит
информацию о том, как интерпретировать информацию, которая  пере-
дана. Мета-информация получается из смеси  контекста  и  культуры
общества, в которых происходит связь, также  как  и  от  людей  -
участников сообщества.
   Коммуникации при помощи компьютеров (CMC) -  плоская  среда  в
том смысле, что мета-сообщения не  очень  хорошо  путешествуют  в
ней. Это дает CMC необычное качество: значение или  мета-информа-
ция часто передается приемником,  а  не  отправителем.  То  есть,
нельзя сказать, что отправитель не имеет никаких мета-сообщений в
своем мышлении, но скорее они не очень хорошо выживают при  пере-
даче через электронные коммуникации. Таким образом, приемник час-
то вынуждается вывести значение, которое может быть очень  трудно
различимо.
   Чтобы оценить это, сравните CMC с двумя другими  общественными
системами связи: телефонным разговором и встречей лицом  к  лицу.
Передача мета-сообщений совершенно великолепна в телефонных  диа-
логах, в которых тон голоса  может  передавать  либо  утверждение
"Извините, это ощущается...", которое имеет  смысл,  обозначающий
сарказм неприятия высказанного мнения. Визуальные  жесты  и  язык
тел в связи лицом к лицу еще более увеличивают степень,  в  кото-
рой приемник может интерпретировать сообщение, тем путем, как это
и было  предназначено,  если  только  нет  воздействия  очевидных
культурных границ или преднамеренно вводящих в заблуждение факто-
ров. CMC, с другой стороны, учитывает  передачу  очень  небольшой
"информации об информации." Сарказм, тонкости, интонация,  должны
в этом случае интенсивно проектироваться и  обдумываться.  В  том
числе, это является истиной для отправленных по почте писем  точ-
но в той же мере, что и для CMC. Однако, так как задержка  време-
ни при отправке корреспонденции по почте делает невозможным приб-
лизительно соответствовать квази-переговорам компьютерной  конфе-
ренцсвязи, приятелям по переписке такой вид связи меньше  привет-
ствуется.
    Ряд людей сообщили мне, что, когда они  встречаются  лицом  к
лицу людей, которых они  знали  только  интерактивно,  они  почти
всегда удивляются тому, насколько неточными были  их  представле-
ния о собеседнике. Различие между тем, что мы воображаем  относи-
тельно них и кто они в действительности - предполагает,  что  лю-
бой образ, который мы создаем для них, является  полностью  нашим
собственным созданием, которое может иметь очень небольшое  сход-
ство с действительностью. Это  также  предполагает,  что  шаблон-
ность мышления столь велика, что люди всегда создают  мета-инфор-
мацию, даже тогда, когда ее нет. Это верно  также  и  для  чтения
электронных  сообщений.  Без  передачи  метасообщений  получается
анархия опыта. Однако, приложение жизненного  опыта,  чоть  часто
дезинформированное или неточное, создает порядок в среде, в кото-
рой иначе имелся бы эмоциональный хаос.
    Это может объяснять, почему участники СМС создают  смысл,  но
не его предпосылки. Механика прикладного значения в  CMC  подобна
используемой в речи. В точности также,  как  невозможно  говорить
без выражения, невозможно читать без  выражения.  Это  происходит
потому, что чтение - это в основном то же самое, что и тихий раз-
говор. Читатели красочного текста голосовыми ударениями слов, ко-
торые они читают, освежают их в умах. Эти ударения указывают, как
они интерпретировали то, что они читали.
    Имеются различные степени того, как  это  происходит.  Чтение
газеты, которая, как  предполагается,  является  беспристрастным,
целевым представлением правды, производит менее динамичный  тихий
флексический голос, чем компьютерная конференция, которая являет-
ся попыткой аппроксимировать диалог, формой связи, успех  которой
сильно зависит от мета-сообщений. Участники  компьютерной  конфе-
ренции будут приукрашать сообщения конференции, поскольку они чи-
тают их (также как в то время как они пишут им, но это  тема  для
другой статьи) с тоном голоса, который  приспосабливает  их  вос-
приятие отправителя.
    Это может объяснить механику того, как создается значение, но
ведет к другим более глубоким сомнениям: как мы выбираем  вдохно-
вение, которое управляет нашей интерпретацией сообщений  в  плос-
кой среде? Это случается различными путями.
    Хотя CMC не передает мета-информацию очень хорошо,  участники
могут делать работу по интерпретации электронных сообщений  более
простой для себя. Утверждения-украшения типа "я  сержусь..."  мо-
гут, конечно, помочь читателям понять слова, как следует. Но  это
сообщает нам все же меньше, чем мы можем думать. В среде лицом  к
лицу или при телефонном разговоре  мы  можем  ощущать  прекрасные
градации гнева, из которых мы отцеживаем уникальные  виды  качес-
твенной информации. Мы оставлены в недоумении и невольно  задаем-
ся на компьютерной конференции вопросом,- человек немного раздра-
жен? Положительно сердит? Только в плохом настроении? И  так  да-
лее. Таким образом, объявление о гневе  полезно,  но  неотъемлимо
неопределенно.
    Значение может также быть передано через символы.  Недостаток
метасообщений в CMC вызвал своеобразный набор  символов,  который
включает, для примера:

:-) чтобы обозначить "просто шутка",
;-) чтобы обозначить человека подмигивающего, что далее обозначает
    намек сарказма,
8-0, чтобы обозначить недоверие, и так далее.

Использование этого набора символов - попытка членов  интерактив-
ного сообщества, восстановить то,  что  они  упустили  ы  относи-
тельно более ранних системах связи [Levinson, 1990], а  именно  -
способность создать чистые, совместно  используемые  мета-сообще-
ния. Они весьма полезны, но часто также неопределенны, как и кра-
сочные текстовые утверждения, типа "я сердит". В отсутствии любо-
го явного руководства для интерпретации, типа использования  сим-
волов или явного выражения, участники будут украшать утверждение,
подобное, "Извините, это ощущается..." тональностью, и таким  об-
разом, значением, которым пользуются с учетом  предыдущих  знаний
относительно отправителя. Если интерактивные участники знают друг
друга лично, они расширят эту связь в  компьютерной  конференции.
Это позволит диалоговые тона, которые обычно не передаются  хоро-
шо среди незнакомцев на компьютерной конференции, подобно тонкос-
ти и сарказму, но передаются среди людей, понимающих  друг  друга
внутри контекста систем связи, которые  являются  более  информа-
ционно - богатыми. Если участники знают друг друга  только  инте-
рактивно, значение может все еще выводиться, если накоплен доста-
точный опыт компьютерных конференций, чтобы позволить им "читать"
друг друга в среде конференции. Это в частности верно, если учас-
тники продолжают  мета-обсуждение,  то  есть  обсуждение  относи-
тельно того, как они обсуждают вещи.
    Доверяться на предыдущий опыт с участником конференции  более
рискованно, чем мы могли бы предполагать.  Отправитель  не  может
использовать фразу, "Извините, это  ощущается..."  тем  же  самым
путем каждый раз, или может использовать ее путем, которым  он(о-
на) чувствует, что приемник поймет  это.  Так  как  участники  по
своему предполагают, что означает понять друг друга  в  этих  об-
стоятельствах, они создают метасообщения на  неосознанной,  часто
неразделяемой основе без того, чтобы чувствовать потребность про-
верить точность. Это может часто приводить к беспорядку  и-или  к
взаимным выпадам: "Вы думали я был безумен, когда  я  сказал  так
(на компьютерной конференции)? Нет, я смеялся в это  время,  чес-
тно!"
    Если не имеется никакой предыдущей связи, чтобы продвигаться,
читатели будут приукрашать сообщения некоторым значением,  однако
это может быть  не  связано  с  усилиями  отправителя.  Возможно,
"Извините, это ощущается..." является популярным силлогизмом, ко-
торый вообще означает "Здесь нет никакого смысла." Возможно,  чи-
татель слышал его недавно в кинофильме или встречался  с  ним  по
некоторым причинам. В любых побуждениях, в поставке мета-информа-
ции необходимый делать целое связным чтобы создать отражение  се-
бя. Это достаточно важно, чтобы стоило повторного утверждения:  в
отсутствии информации, при интерпретации нами электронных сообще-
ний, значение, которое мы приписываем  им,  находится  во  многих
случаях утверждением того, как мы ощущаем сами себя.
    Смешивание проблем, связанных с  недостатком  метаинформатив-
ности CMC является фактом, что компьютерная  конференцсвязь  ощу-
щается более интерактивной чем это есть в действительности. Очень
редко это происходит  на  реально-временном,  синхронном  базисе.
Вместо этого смешиваются непосредственное  и  рефлексивное  асин-
хронные междействия. Участники будут часто отвечать на  сообщения
немедленно после чтения их, как если бы просто разговаривали сло-
вами с ними в диалоге реального времени. (В системе конференцсвя-
зи PortaCOM они часто приобретают форму комментариев,  и  делятся
теми же самыми субъективными чертами, как и сообщение,  на  кото-
рое они распространяются.) Таким  образом,  участники  используют
свои первые впечатления, с которыми они воспринимают отправителя,
как они делают это в большинстве других систем связи.  Когда  это
происходит, читатели часто интерпретируют сообщения  в  контексте
своего собственного понимания, а не авторского, и  таким  образом
вне царства общедоступного  метапонимания.  Эти  непосредственные
взаимодействия затем часто сопровождаются новыми,  более  рефлек-
сивными сообщениями, обычно не прямо соответствующими  предыдуще-
му сообщению. В системе конференцсвязи PortaCOM они влекут часто,
но не обязательно, новые  примечания,  которые  используют  новую
черту субъекта.
    Как мы можем применить что либо из вышесказанного для улучше-
ния качества компьютерной конференции? В PortaCOM, правильное ис-
пользование комментариев против новых примечаний, как описано вы-
ше, возможно полезно. Может также  быть  полезно  для  участников
СМС, знающих характер среды, в которую они включаются, провоциро-
ваться на развитие мета - перспективы компьютерной  среды  конфе-
ренцсвязи.
    В одном упражнение, которое я использовал,  чтобы  поддержать
это понимание, я попросил, чтобы студенты выразили на  компьютер-
ной конференции следующие четыре эмоции: радость, гнев,  требова-
ние внимания, и отвращение. Им не позволялось использовать типич-
ные символы, такие как :-) и 8-0, но разрешалось  создавать  свои
собственные. Следующую неделю их просили отразить, исходя  из  их
опыта и конференций, в  которых  они  участвовали,  плоскостность
среды как положительный и/или отрицательный атрибут.
    Задание было сложным, и студенты  об  этом  быстро  сообщили.
Большинство студентов прокомментировало, как трудно  было  "пере-
дать чувства через экран компьютера," особенно, когда они  факти-
чески не испытывали их. Они также  сказали,  что  было  одинаково
трудно воспринять чувства, выраженные другими,  если  чувство  не
было украшено, идентифицировано отправителем, что делали  некото-
рые из них. Эта идентификация стала метасообщением.
    Но в то же самое время, студенты пришли к пониманию, что  не-
достаток эмоциональной проницаемости среды был  одновременно  од-
ной из ее сильных сторон. Плоскостность среды принуждает участни-
ков выражать себя настолько ясно, насколько это  возможно,  чтобы
минимизировать неверное толкование, то есть чтобы  минимизировать
зависимость от мета-сообщений. Среда конференцсвязи также поощря-
ла соединение мнения-с-мнением, которое не могло  бы  быть  столь
простым при общении лицом к лицу или по телефону. Некоторым учас-
тникам показалось существенным облегчением  оказаться  в  эмоцио-
нальной пустоте на некоторое время. Проблемы, но не  люди,  стали
центром. Метасообщения стали более  абстрактными,  менее  контек-
стными и некоторым образом, менее необходимыми.